Полтавский триумф — одно из наиболее масштабных государственных празднований эпохи Петра I, знаменовал собой победу России в крупнейшем сражении Северной войны 27 июня (8 июля) 1709 г.

Содержание:
1. Первое торжество
2. Празднование Полтавского триумфа в Москве
2.1. Триумфальные ворота
2.2. Торжественный въезд русских войск
3. Празднование победы заграницей
4. Воспоминание о Полтавской победе
4.1. Благодарственная служба
5. Источники и литература


Первое торжество


Первое празднование в честь победы над шведами состоялось уже на следующий день после сражения и прошло непосредственно на поле битвы.

Открывалось торжество благодарственным молебном. В русском лагере была установлена походная церковь в шатре, перед ней на торжественную службу были построены войска, во главе с самим Петром I и его полководцами и сподвижниками. Во время богослужения при пении «Тебе Бога хвалим» гремели победные салюты.

По окончании молебна, государь с обнаженной головой, держа в руках свою простреленную шляпу и опустив обнаженную шпагу, объезжал войска и сердечно благодарил их за понесенные труды, геройскую храбрость и совершенные подвиги, предводителей он обнимал и целовал, а к остальным обращался с трогательными словами. Особенно знаменательно было сказанное государем преображенцам: «Здравствуйте, сыны отечества, чада мои возлюбленные! Потом трудов своих я создал вас; вы, имея любовь к Богу, к Вере Православной, к Церкви и ко мне, не щадили живота своего и на тысячи смертей устремлялись безбоязненно. Храбрые дела ваши никогда не забудет потомство!».

Завершилось празднество торжественным обедом.

В шатре Петра I были накрыты столы для полководцев и воинов, прославившихся во время сражения. Приглашены были и взятые в плен шведские генералы во главе с фельдмаршалом К.Г. Реншильдом и первым министром Карла XII Пиппером.

Вечер открывался торжественной речью Петра. Подняв чару за здравие русских войск, царь провозгласил тост: «За здоровье наших учителей!». – «Кто эти учителя?» – спросил шведский фельдмаршал. «Вы, господа, шведы, – отвечал Петр, – потому что мы у вас же научились побеждать вас». «Хорошо же ученики отблагодарили своих учителей», – заметил в ответ Реншельд.

На следующий день на Полтавском поле прошли траурные мероприятия. Тела погибших воинов, по православной традиции, были захоронены в огромной братской могиле, а над нею был насыпал высокий холм. Сам Петр I своим пением участвовал в совершении погребения, а потом, склонившись на колена, со слезами на глазах, почтил своих соратников прощальным словом: «Храбрые воины! Вы увенчались страдальческим венцом и предстоите пред Престолом Царя небесного. Поборайте же своими молитвами правому оружию моему, поднятому на благо отечества». После он положил три земных поклона и своею рукою водрузил на верху холма крест с надписью: «Воины благочестивые за благочестие кровию венчавшиеся лета от воплощения Бога-Слова 1709 июня 27 дня».

Интересно, что для увековечивания памяти о Полтавском сражении и погибших на нем воинов уже 7 июля 1709 г. Пётр издаёт указ, повелевая соорудить на поле боя «пирамиду каменную, с изображением на ней персоны его Государевой в совершенном возрасте на коне, вылитую из меди жёлтой, и под ней бой самым добрым художеством, а по сторонам той пирамиды на досках медных же, учинить подпись с объяснением всех действий от вступления в Украину короля шведского и с получением сей баталии».

Также «для лучшего еще сохранения памяти» царь дал указание «на боевом поле близко города Полтавы, воздвигнуть столп с надписанием о прошедшем и создать церковь в честь реченному святому Сампсону». К сожалению, указы Петра долгое время оставались неисполненными, и мемориальные сооружения появились на поле только много лет спустя.

28 июня Петр I посетил Полтаву. Для приветствия монарха и его войска посреди главной городской площади были наскоро сооружены временные триумфальные ворота (в 1778 г. на этом месте появится первый памятник Полтавской битве; до нашего времени сохранилась лишь медная доска с него с изображением сражения, хранящаяся в музее Полтавской битвы). Освободителей восторженно встретили защитники и жители города. Полковник А.С. Келлин приветствовал царя речью, в которой сравнивал его с героями всемирной истории и желал ему долголетия и нового величия. Выслушав это приветствие, Петр сошел с коня, обнял и несколько раз поцеловал героя-коменданта и сказал ему: «Почтенная голова, совершившая преславный подвиг, надежда на тебя не обманула меня». Сев опять на коня, Петр I, сопровождаемый народом, отправился к храму Спаса Нерукотворенного, где отслужил благодарственный молебен. «Невозможно, – писал автор „Деяний Петра Великого“ Голиков, – описать восторг населения, при виде возлюбленного и толико милостивого государя, соединившего свои слезы с их радостными слезами…».

После этого государь посетил раненых при обороне Полтавы, осмотрел ее крепостные валы, подробно расспросил полковника Келлина о всем происходившем во время осады, еще раз благодарил его за доблестно исполненный долг, назначил ему чин генерала, пожаловал ему медаль на золотой цепи и десять тысяч рублей. Полтавский гарнизон получил годовое жалование, серебряные и золотые медали, а семьи убитых – пожизненные пенсии.

Торжественные мероприятия продолжились и на следующий день, когда праздновалось тезоименитство Петр I. 29 июня царь дал смотр прибывшему из-под Азова Калмыцкому войску, принимал поздравления «с днем ангела» и в раскинутых больших шатрах угощал свое войско обедом. Обходя столы, государь здоровался с солдатами: «Хлеб, соль, товарищи!» и пил за их здоровье.

[К содержанию]

Празднование Полтавского триумфа


После возвращения из Переволочны (до этого места продолжалось преследование шведских войск русской армией), Петр I отправился в Киев и далее в Польшу и Пруссию. Позже дав смотр русским полкам, осаждавшим Ригу, и отдав приказание до весны держать этот город в блокаде, 23 ноября он прибыл в Санкт-Петербург, в котором прожил две недели. Находясь в новой столице царь собственноручно заложил киль 60-ти пушечного корабля, названного «Полтавой», также в воспоминание о Полтавской битве, повелев построить церковь во имя святого Сампсона, основной камень которой тоже положил собственноручно.

7 декабря Петр I выехал из города, а 12-го, миновав Москву, прибыл в Коломенское, где несколько дней ожидал прибытия князя А.Д. Меншикова, полков своей гвардии, пленных шведов и трофеев, для торжественного въезда в Москву.

В это время в древней русской столице делались последние приготовления к торжественному приему победителей.

Перед домами были расставлены столы с яствами и напитками для угощения народа, плошки и прозрачные картины для иллюминации, а также по традиции того времени построены особые триумфальные ворота .

[К содержанию]

Триумфальные ворота


К торжеству в древней столице было построено восемь триумфальных ворот: у Серпуховских ворот, у Каменного моста, на Красной площади в начале Никольской улицы, на Чистых прудах близ Мясницкой при дворе князя А.Д. Меншикова, на Мясницкой на средства Строгановых, у Рязанского подворья, у Земляного города на месте позднейших Красных ворот. По свидетельству датского посланника Юста Юля: «сам Царь на них ничего не израсходовал, так как приказал некоторым богатым боярам, чтоб они возвели их на свой счет…».

Описание триумфальных ворот было составлено архимандритом Симонова монастыря Иосифом Туробойским под заглавием «Политиколепная апофеосис <...>» и напечатано ко дню празднования. Изображения же ворот (правда только трех из восьми) сохранились на гравюре А.Ф. Зубкова Слева на ней показаны ворота, построенные на средства богатого промышленника Г.Д. Строганова на Тверской улице у Белого города. Справа вверху – триумфальные ворота у дома князя А.Д. Меншикова на Мясницкой улице, построенные на средства светлейшего князя они были украшены живописными панно, на которых изображены Петр I со свитой у брошенного шведского лагеря, а также швдские генералы сдающиеся в плен. Фронтон арки увенчан тремя статуями: Афинв, Дианы и Аполлона. Ниже на гравюре изображен врата-храм Славяно-греко-латинской академии на Никольской улице у Казанского собора. Передний фасад этих триумфальных врат олицетворял «храм Воинской Добродетели», а задний – «храм Чести». Перед входом, «аки бы пред притвором храма воинския первейшыя добродетели», были предусмотрены «два обелиски (сиречь: столпы в славу победителям и чести достойным возставляемы)», придававшие всему ансамблю прославительно-мемориальный оттенок. Остальные триумфальные ворота изображали: то всадника, скачущего через поле битвы, то отдыхающего геркулеса и т. п.

Основной функцией триумфальных врат стало воспевание военных достижений России того времени, обещавших привести к процветанию страны. По замыслу, врата должны были восприниматься современниками как определенные сакральные комплексы, объектом поклонения которых выступала личность Петра I.

[К содержанию]

Торжественный въезд русских войск


Центральным моментом празднования победы под Полтавой стал триумфальный въезд русских войск в Москву. Вот как описывает это событие И.И. Голиков: «Коль скоро свезены были знатные пленные шведы и поставлены в окрестностях села Коломенского, тогда кесарь московский, князь Федор Юрьевич Ромодановский, повестил им, что, по законам триумфов, должны они украсить оный собою, яко пленные, и для того извинили бы необходимость, что будут они ведены Москвою пешие и без шпаг, и что, в оправдание сего поступка, вспомнили бы они, что удержанные за договором под Нарвою российские генералы, яко пленники, в подобном триумфе чрез весь Стокгольм не только пешие ведены, но и с крайним еще поруганием и бесчестием. День входа назначен 18 числа декабря, в которое, в 8 часов по утру, по данной из трех выстрелов пушечной повестке, все пленные шведы и назначенные к тому же российские полки, поставлены были в порядок за Серпуховскими воротами; в 9 часу прибыл туда и Сам Монарх, а в исход оного началось и шествие».

Однако вскоре после начала торжественный въезд был прерван: Петр I получил известие о рождение дочери Елизаветы и вместе со свитой отбыл во дворец для празднования, которое продлилось 3 дня.

21 декабря Полтавский триумф начался вновь. Открывалось шествие маршем 24 трубачей и 6 литаврщиков, ехавших на богато убранных лошадях, за которыми следовал Семеновский полк, с обнаженными палашами и распущенными знаменами; за полком торжественно несли трофеи и шли пленные, взятые в битве под Лесной. Далее верхом ехали, бомбардирская рота Преображенского полка, за нею следовали трофеи полтавские и взятые под Переволочною. Далее следовали носилки Карла XII, запряженные двумя лошадьми под попонами с гербом королевским; впереди них шли знатные пленные шведы, в том числе королевский лейб-регимент, полковник Поссе; генерал-майоры: Гамильтон, Штакельберг, Розен, Круз, Крейц, Шлиппенбах, генерал-аншеф Рижский генерал губернатор граф Левенгаупт, королевский ближний советник генерал-фельдмаршал граф Реншильд и обер-маршал, первый королевский министр, граф Пипер.

Генералы сии шли по одиночке, один за другим, а все прочие пленные по четыре в ряд; таких рядов пленных было 5521, а в них людей 22085 человек. Вслед за генералами шли пешие четыре гвардейские унтер-офицера и сержант, с обнаженными же шпагами.

За ними на небольшом расстоянии вместе со своим полком ехал Петр I в обыкновенном гвардейском мундире, имея на голове ту же простреленную шляпу и в руке обнаженный меч, которые были у него во время Полтавского сражения. Чуть дальше располагались два подполковника Преображенского же полка: с правой стороны князь Меншиков, с левой – князь Долгорукий, в таких же точно мундирах и с обнаженными же шпагами.

Затем следовал, на богато убранных лошадях Преображенский полк, одетый в новые мундиры, с обнаженными шпагами, с распущенными знаменами и с игранием на трубах, а замыкался оный и весь кортеж артиллериею и обозом полка сего.

И.И. Голиков оставил такие картины празднования: «во все продолжение шествия беспрерывный происходил гром пушечный с валов крепостных и с расставленной во многих местах артиллерии; гром сей в тоже время увеличивал звон колокольный по всей Москве, и радостный крик бесчисленного народа: „Да здравствует Государь, да здравствует Отец Наш!“ и проч. Все хозяева со своими семействами, в лучших одеяниях, на возвышенных несколько местах, у домов своих, стояли при столах, наполненных различными яствами и питьем, как бы желая ими угостить Возлюбленного Своего Государя и Его сподвижников, и оставлена свобода каждому вкушать с оных, кто что пожелает.

У триумфальных ворот встречаем был Петр начальствующими в том сословии, иждивениями которых воздвигнуты оные, с хлебом и солью, на больших серебряных блюдах подносимыми, и приветствован от первенствующих того сословия особо похвальными речами, на сей случай сочиненными. При окончании же оных, являлись в белых одеждах юноши с венками на главах и ветвями в руках, которые, идя в сретение Государю, пели приличные торжеству песни и полагали пред Его Величеством венки и ветви свои, оканчивалось же все сие с хор ворот огромною инструментальною, а у неких и вокальною совокупно музыкою. Монарх, для выслушивания кратких тех речей и песней, останавливался у каждых ворот и благодарил уклонением шпаги Своей.

При вратах, от духовенства воздвигнутых, встретили Петра I в наилучших облачениях съехавшиеся для торжества сего из всех почти епархий архиереи, с святыми крестами, чудотворными иконами и мощами святых. Монарх, за несколько сажень не доезжая до них, сошел с коня Своего, и первенствующий митрополит Рязанский Стефан Яворский приветствовал Его краткою поздравительною речью. При окончании же оной, спустившиеся на искусно сделанных облаках со сводов врат несколько отроков, одетых в белое платье, в виде ангелов крылатых, воспели песнь духовную, приличную торжеству. Великий Государь, приложась к святыне, носимой руками архиереев и приняв от них благословение, в предшествии хора патриарших певчих, за ликом святительским последовал пеший в храм Успенский.

Благоговейное признание Господу сил изъявил Великий Государь и в храме во время молебствия, отправлявшегося всеми архиереями и множеством знатного духовенства; во время же оного, по прочтении Евангелия, при пении „Тебе Бога хвалим“ и при возглашении многолетия, при колокольном звоне, от поставленных кругом собора полков учинены три залпа, и с последним начавшаяся опять пушечная пальба и колокольный по всей Москве звон продолжались еще с четверть часа, то есть до самой ночи».

На следующий день празднование продолжилось, в царском дворце состоялся прием, на котором присутствовали знатные пленные шведы. Кульминацией вечера стали три больших фейерверка, представлявшие сражения под Лесным и Полтавою, происшествие под Переволочною, с бесчисленным множеством разновидных увеселительных огней, шлагов и ракет.

[К содержанию]

Празднования победы заграницей


Полтавская виктория 27 июня 1709 г. торжественно отмечалась не только в России, но и в резиденциях российских послов заграницей. После успешной баталии в европейские страны были отправлены грамоты о победе русских войск, оттуда, в свою очередь, поступили поздравительные письма.

Торжества за границей прошли раньше, чем в Москве: в сентябре – октябре 1709 г. По указу Петра I «министрам, обретающимся при дворах окрестных государей», следовало «строить торжественные банкеты» по случаю получения победы над шведским королем, чтобы европейские страны могли воочию увидеть триумф зарождающейся империи и ощутить масштабы Полтавской победы.

В Берлине победа русского оружия была отмечена фейерверком. Организовал его посланник А. Лит 2 сентября 1709 г. Сохранилось подробное описание этого торжества. Оно проходило в парке дворца Шарлоттенбург, а фейерверочное представление было на протекавшей рядом реке Шпре. Там была сооружена декорация в виде триумфальной арки, высокие художественные качества и уровень исполнения которой отмечались современниками. На верху фасада этой внушительной арки, высота которой равнялась 50 футам (15 м), был изображен Петр I на коне, а у пьедестала с правой стороны: Виктория, приносящая царю лавровый венок, а с левой — трубящая Слава. Надписи на триумфальной арке изобиловали панегирическими речами Петру I и цитатами из античных авторов. Праздничный фейерверк представлял собой интерпретацию в пользу России шведской медали, выбитой в 1706 г.

«Радостные знаки», которыми отмечалась в Копенгагене Полтавская победа, продолжались с 7 по 11 сентября 1709 г. Дом и двор русского посла В.Л. Долгорукого были украшены «разными фигурами», олицетворяющими Полтавскую победу, и все было открыто для свободного доступа «всякого чину людей», которых приходило «великое множество». Вечером 7 сентября в посольстве давался бал для знатных персон, а «незваные» могли веселиться «в машкарах». Всего было более тысячи трехсот человек. На другой день В.Л. Долгорукий давал обед для датских министров, военных и гражданских чинов; 9 сентября состоялся прием для «лучших дам здешняго двора», а вечером для простых датчан перед домом посла была вывезена телега с угощеньем и устроены три фонтана, из которых попеременно текло белое и красное вино, водка, мед и пиво. Десятого сентября к дому Долгоруких собралось «множество подлого народу», для которых посол велел вновь поставить фонтаны, гулянье в резиденции продолжалось до полуночи и в собравшихся были «метаны деньги». Довольные жители кричали всю ночь, "ходя пред посольским двором, «Виват царь Московский». В последний день был устроен стол для русских солдат, которые «во все три дни стояли на карауле».

В Гааге, как сообщал российский посол А.А. Матвеев в Посольский приказ, банкеты и балы продолжались три дня, 8 – 10 октября. Он напечатал специальную реляцию в голландских газетах, перевод с которой прислал в Москву, а также гравюру, изображающую фейерверк в Гааге в честь победы при Полтаве, устроенный 9 октября 1709 г. Здесь также, как и в Копенгагене, торжества и представления устраивались не только для высокопоставленных вельмож, но и для простого народа. Над забором была сделана большая «махина», аллегорически изображающая события при Полтаве и красное вино олицетворяло кровь, а белое – «вздыхания шведов».

Российские послы в Дании и Голландии сумели организовать великолепные празднества в своих резиденциях, которые не только поразили местных жителей, но смогли визуально продемонстрировать мощь новой крепнущей империи, выходящей на мировую арену.

[К содержанию]

Воспоминание о Полтавской победе


Победа под Полтавой была одним из наиболее знаменательных событий Северной войны. Праздники, посвященные данному триумфу, состоялись не только в 1709 г., но и организовывались и в последующие годы. При Петре I эти торжества проходили следующим образом: «По обычном всенощном славословии и святой литургии, которая оканчивалась приличною торжеству проповедью, начинался крестный ход из Троицкого собора на площадь Троицкую, на которую собираемы были все полки. Посреди площади стояла большая палатка, в которой всем духовенством отправлялся благодарственный молебен, по окончании которого производилась троекратная пушечная пальба и от полков беглый огонь. Потом все приносили Монарху поздравление и взаимно были поздравляемы Государем. В этот день все генералы и штаб-офицеры имели обеденный стол у Государя; и всегда оканчивалось это торжество разными увеселениями, фейерверком и проч.».

[К содержанию]

Благодарственная служба о Полтавской победе


В 1709 г., вскоре после Полтавской победы, Петр Великий установил ежегодное воспоминание о ней, и с тех пор в российских церквях, в 27 день июня, совершается благодарственное Богу молебствие.

Службу эту, по желанию Петра Великого, сочинил Феофилакт Лопатинский, бывший в то время ректором Московской академии, а впоследствии архиепископом Тверским; она была рассмотрена и одобрена самим монархом, и в 1710 г. напечатана в Москве, а вторично — в Санкт-Петербурге в 1725 г.

Порядок данной службы – «Служба благодарственная Богу, в Тройце Святой славимому, о великой Богом дарованной победе над свейским королем Карлом XII и воинством его, содеянной под Полтавою в лето 1709-е, месяца июня, 27-й день», как и все другие церковные действа, проходит в определенном порядке.

Первая вечерняя стихира: «Трисвятыми песнями непрестанно от ангелов хвалимый, восприими и от нас бренных трисвятую песнь, Победителю Боже, бренными и скверными усты вопиющих: Святый Боже, грешников помиловавый, Святый крепкий, сильных гордыню сокрушивый, Святый безсмертный, врагов наших умертвивый, нас же от смерти сохранивый, Троице Святая, Боже наш, слава Тебе!»

 

Тропарь службы: «Препрославен еси, Господи Боже наш, даровавый крепость на враги Благоверному Царю Нашему Петру, якоже Давиду на прегордаго Голиафа; осенил еси над главою Его в день брани, препоясал еси немощныя силою свыше, и теми всю дерзость вражию низложил еси, Многомилостиве, слава Тебе!»

 

Одна из песен вечерних стихир: «Воспойте, российстии народы, Победителю Богу песнь нову, содеявшему чудо новейшее всех древних чудес: сильныя бо сокруши во брани, оружие сломи и щиты их сожже огнем, немощныя же препояса силою свыше и вознесе смиренныя, в высоких живый и на смиренныя призирая, низлагаяй сильныя со престол, и возносяй смиренныя: Тебе, победительная, возсылаем, и Тебе припадаем и вопием: Всесильный и Всемилостивый Боже, слава Тебе!»

 

Следующая стихира ясно намекает на неуважение шведов к иконам, о чем было подробно сказано в своем месте: «Враг креста святаго, лжехристианин и Божественных икон борец и посмеятель, силою креста святаго побежден бысть и поруган, и не надеяся на милость и помощь Всесильнаго, Его же честь во иконах повреди, к ненавистником имене Христова, махометянам (туркам) и скифам побеже, крестоносный же Царь Православный Российский, святых икон поборник, Победителю песнь Богу воспеваяй, да царствует и торжествует во веки!»

 

1-й «Седален» на утрени объясняет причину установления церковнаго празднества.

«Праздновати уставихом нарочитый день сей Тебе, Милостиве Господи, в он же возвеселил еси нас о вразехе наших, яко да познает род ин, сынове родящиеся, и возстанут и поведят я сыновом своим, яко да положат на Бога упование и не забудут дел Божиих, и заповеди Его взыщут, и да с ними прославят от рода в род Тя, зело прославившагося в нас, и воспоют чудное и великолепное имя Твое по всей земли».

Вслед затем, в справедливом негодовании, сочинитель службы, в сильных изречениях, упрекает Мазепу за его иудино предательство: «Уподобился еси неистовому иуде, ищущему пагубы и взыскавшему, иже предаде многеценный бисер, и благими всеми, ихже лишися, купи неизглаголанная злая: за апостольство — отпадение и проклятие; за гривну златую — вервь на выю; за живот — смерть; за венец нетленный — углие огненное на главу; за тридесят сребренник — предание; за предание — отчаяние; за престом — место, уготованное диаволу и ангелом его. Сему уподобился еси, юроде, сему подражал еси, неблагодарне, сему последовал еси, лестче Мазепо; тем же и благих лишен, равная злая стяжал еси и к нему пришел еси на место свое».

Наконец, сочинитель упоминает и о полях полтавских, обращаясь сперва к Давиду, говорить: «Не вопрошай прочее, Давиде, где суть милости Господня древния» и проч.; далее продолжает: «обретохом и во днех наших тыяжде милости Господня древния на полях полтавских, егда сниде к нам Господь сил на помощь, и ополчился на врагов наших сильных, и смути их, творя милость Христу Своему Петру, и свое крестом сохраняя врученное тому жительство».

Одним словом, все стихиры и последующей за ним канон, равно как и удачный выбор вечерних чтений из книг ветхого завета, проникнуты духом благочестия и чистого христианского восторга, под влиянием которого написана вся служба, оканчивающаяся многозначительным, по простоте и глубине мысли, прокименом: «Господь крепость людем своим даст, Господь благословить люди своя миром».

[К содержанию]

 

Источники и литература:


Болотина Н.Ю. Полтавская виктория в европейском пространстве: празднества в резиденциях российских послов // Полтавская битва и ее международное значение. Тезисы докладов юбилейной международной научной конференции. 17 – 19 ноября 2009 года.

Бучневич В.Е. Записки о Полтаве и ее памятниках. Xарьков, 2008. (Репринтное воспроизв. издания Полтава: Типо-литогр. Губернск. Правл. 1902 г.).

Званцев П.М. Собор ратной славы России. Из истории Сампсониевского собора в Санкт-Петербурге // Военно-исторический журнал. 2006. № 6.

Карев А.А. Аллегорические метаморфозы в гравюрах, воспроизводящих триумфальный вход русских войск в Москву после Полтавской победы // Полтавская битва и ее международное значение. Тезисы докладов юбилейной международной научной конференции. 17 – 19 ноября 2009 года.

Описание торжественного въезда царя Петра I в Москву после полтавской победы 21 декабря 1709 г. (начало XIX в.) // РГАДА. Ф. 197. Портфели А.Ф. Малиновского. Оп. 1. Порт. 8. № 31. Л. 14.

Погосян Е. Петр I – архитектор российской истории. СПб., 2001.

«Полтавская виктория 27 июня 1709 г.» // Выставочный зал Федеральных архивов.

Романов А. В память о «великой виктории» // Газета «История». 2009. № 11.

Тюхменева Е.А. Образная структура московских триумфальных врат в честь Полтавской победы // Полтавская битва и ее международное значение. Тезисы докладов юбилейной международной научной конференции. 17 – 19 ноября 2009 года.